В своё время начальником политуправления нашего флота был один добрейший седовласый адмирал, которого все без исключения за глаза называли Дедушкой.

Проводил он однажды приём по личным вопросам членов семей военнослужащих. Поскольку, эти личные вопросы могли быть любой сложности, на приёме присутствовали начальники различных флотских служб, всегда готовые придти Дедушке на помощь.

В порядке очереди в кабинет вошла жена одного нашего офицера. Вопрос у неё был простой – жилищный. Вместо однокомнатной квартиры она хотела бы получить двухкомнатную. Дедушка участливо выслушав её, разъяснил всю сложность жилищного вопроса на флоте и обещать ничего не стал.


Подробнее...

Давно это было… Мы тогда ещё жили в одном большом и дружном государстве. Наш молоденький лейтенант Жорка женился на красавице армянке. Рано или поздно, но пришло время ехать знакомиться с новой роднёй.

Армения встретила молодых традиционным гостеприимством, чистейшим горным воздухом и, конечно же, коньяком. От всего этого у Жорки произошло такое воспарение чувств, что он просто летал, а не ходил.

Пока на столы носили очередную вкуснятину, кто-то из многочисленных армянских дядюшек жены пригласил Жорку на свежий воздух – покурить. Разговоры у мужчин шли о разном, но вдруг один из дядюшек спросил:


Подробнее...

Хорошо было в древние времена: увидел бочку на цепях — заходи смело, таверна. Если подкова — подкуют коня....

А лет 12 назад уже появились проблемы. Налетели всей семьёй на друга, ДР у него как раз на новый год. Я его пряздрявляю, стараюсь, под конец долгожданное: «...и прими от нас скромный подарок, значительно облегчающий жизнь, дающий тепло и счастье — можно сказать — резиновую женщину...» и вручаю ему довольно большую коробку с ручками, на которой снята почти одетая ШИКАРНАЯ ЖЕНЩИНА в соблазнительной позе на диване (текст на коробке, видимо инструкция по использованию — на немецком, а т.к. мы вплоть до дипломов юристов дрессировались на английский, мы нашли только одно знакомое слово, конечно это было «Фантастиш», как в старых «тех» фильмах).


Подробнее...

Легкоатлетический стадион. Пока спортсмен метает копьё, на другом конце поля его наставник громогласно корректирует различные технические нюансы. Копьё раз за разом со свистом вонзается в газон в нескольких шагах от тренера. Отвага и уверенность последнего привлекает к себе внимание случайно проходящей мимо девушки:

— Скажите, вы не боитесь, что своим следующим броском он попадёт прямо в вас?


Подробнее...

Работал я охранником в сауне. Приехали, значит, клиенты. С распальцовкой и, как полагается, без мозгов. Семь человек. И сразу говорят, что им надо трех телок. Я им вежливо объясняю, что вас слишком много для троих, и пр@ститутки просто испугаются и не приедут. Ребята кладут мне в клешню деньги. Ага, это совсем другой разговор. Я говорю, пусть четверо в парилке спрячутся, а когда телки приедут, то они выползут. И иду звонить — заказывать, чтобы приезжали.

Звоню, мне говорят, что все ночные бабочки по клиентам заняты. И, в лучшем случае, освободятся через полчаса. Я терпеливо жду. Час. Два часа... Тут заходит один из этих, с распальцовкой и без мозгов, и спрашивает:

— Слышь, а можно парней из парилки выпустить? А то им там х*ево уже...

Напоминаю, прошло два часа.

Эта, мелкая история дворового значения, произошла с моей старинной подругой по имени… но поскольку она отчаянно желала сохранить свое инкогнито, а стало быть и жизнь, назовем ее редким женским именем Андрей.

Парковочные места во дворе у Андрея делились на три категории:

Гостевой карман для десяти везунчиков – эти козырные места реально было занять, если только нигде не работаешь, а с заведенным мотором весь день поджидаешь, что кто-нибудь вдруг уедет (хотя дураков нет, кто же покинет такое парковочное место? Уж лучше пешком на дачу уйти)

Несколько мест похуже в так называемой – колесоснимательной зоне. Закуток темный и глухой, к нему даже дом боком повернулся, чтобы окна его туда не глядели. В этой зоне частенько происходил неравноценный обмен — машины засыпали на новых колесах, а просыпались на старых кирпичах.


Подробнее...

Еду, никого не трогаю. Авто на транзитах. Московских. Куплено неделю назад (кто не знает-есть 10 дней на постановку на учет). Рядом, на пассажирском сидении, дочка на кресле детском, пристегнутая ремнем, все по правилам. Сосет чупа-чупс. Подъезжаю к деревне, скорость 60, впереди остановка, не простая, а как площадка для автобуса. Стоят аж 3 экипажа ДПС. 9 инспекторов бороздят оба направления. А тут я, на транзитах, ребенок спереди. Жезлом не махнул только один, занятый хач-газелью. Торможу, обочина, аварийка.


Подробнее...

Еду в электричке. Обычное дело, ничего не предвещало беды. Напротив сидит женщина, лет 50, жует крыжовник. Закончив трапезу, достала свою челюсть и облизала. Прям при мне, не напрягаясь. Моя жизнь не будет прежней.

Вчера увидела как тетеньки с работы дома стирают целлофанновые кульки и сушат, чтобы их повторно использовать. На мой вопрос: «Зачем?» ответили: «Экономия!». Причем оказалась, что кульки они эти не покупают вовсе, а тырят в супермаркетах, ну типа пошли хлеба купить, оторвали кулечек, а с ним ишо штук 5 прихватили.

Объясняю, что нифига тогда не экономия получается: воду они тратят при стирке, мыло, время и электроэнергию. Теперь я вселенское зло, поскольку порвала им шаблон экономии денег.

Чую, что скоро на работе на батареях будут висеть мокрые целлофанновые кульки — тетеньки понесут грязные из дома стирать на работу.

— Вадик, а помнишь, как мы с тобой случайно познакомились?

— Помню, помню, дорогая...

— Сначала встретились в электричке, даже номера телефонов не записали, я тебя потом искала «Вконтакте», но не нашла, а затем мы случайно встретились между парами...

— Да, счастливый случай, что тут скажешь...

Пусть думает, что это случайность. Не буду же я ей говорить, что в электричке я сумел её сфотографировать, найти «Вконтакте», разузнать её имя и фамилию, зайти на её факультет, выяснить группу и расписание занятий и в нужный момент уже стоять и курить на крыльце учебного корпуса, когда закончилась её пара...